20 Янв 2009 @ 9:09 ПП 
 

Возникновение капитала

 

1. МЕРКАНТИЛИЗМ: ПРОШЛЫЙ И НАСТОЯЩИЙ

Поскольку исторический процесс развития человечества во многом противоположен логическому, использованному К Марксом в «Капитале», где с самой первой строки его капитальный труд предполагает, что капитализм, как вполне законченная и сформировавшаяся система уже существует в реальности, то первым этапом экономической политики был очевидно тот, который определялся стремлением овладеть всеобщей формой богатства — деньгами, выступающей в своей слепящей золотой телесности. После длительного перехода, отбросившего общество Римской империи на много веков назад, (после вторжения варварских племен, так называемого великого переселения народов), началась эпоха Возрождения и формирования той системы, которая положила начало развитию товарного производства и современной цивилизации, проявившейся особенно ярко в литературе и изобразительном искусстве. Это была эпоха господства торгового капитала, или эпоха меркантилизма, когда индивидуальные стремления представителей господствующих классов феодалов и нарождающейся буржуазии в городах, совпадали со стремлением государства, ее правителей осуществлять такую политику, которая бы способствовала увеличению в стране драгоценных металлов, наполняла бы королевскую казну и вместе с тем возник научный поиск тех источников, которые создают это кажущееся «истинное богатство» — деньги — его первую функцию в эпоху господства торгового капитала. (В антическую эпоху такую функцию выполняли у греков золото и драгоценности, которые они стремились отнять у Троянцев, а вовсе не «прекрасную Елену»; у древних египтян наркотики и табак, а у китайцев уже изготовлялись медные деньги, — ставшие мировыми деньгами еще при торговле с Римом на Великом шелковом пути из Китая в Рим). В эпоху развития торгового капитала возникали первые крупные торговые компании в городах и ремесленные предприятия, получавшие поддержку от усилившейся центральной власти, боровшейся с местными феодалами. Возникали, получаемые от королей, всевозможные привилегии и, что особенно важно для нас, сохраняющиеся по сей день феодальные монополии на торговлю и производство особо важных для экономики товаров в постсоветских странах. На первом этапе меркантилизма, который получил название монетаризма или монетарной системы, главной целью государственных органов в центре и на местах было стремление привлечь в страну как можно больше денег в форме драгоценных металлов. Строжайшим образом контролировался и даже запрещался под угрозой конфискации вывоз из страны золота и серебра, только деньги представились единственной формой богатства особенно в условиях сохраняющегося патриархального, натурального и мелкотоварного производства в сельском хозяйстве и соответственно натуральных повинностей. Здесь явно возникали некоторые аналогии с нашей таможенной политикой. И только постепенно, на протяжении 17 и 18 веков стало складываться убеждение, что для того чтобы получать больше денег, необходимо развивать производство, которое способно приносить стране больше денег. Таким может быть лишь производство, которое при его продаже на экспорт обладает большей ценой, чем внутри страны. Отсюда стремление развивать производство товаров в котором воплощается больше труда. Отсюда начинается повышенное внимание к трудовой деятельности, что впоследствии вылило к важной идее У. Петти (1623-1687) — «труд есть отец богатств земля — его мать», в трактате «О налогах и сборах», вышедшем в 1662 г. К. Маркс считал У. Петти основателем экономической науки 17 в., более того, даже основателем трудовой теории стоимости. Поскольку это положение Маркса представляется не только интересным, так как Петти действительно был исключительно крупным экономистом своего времени, но и ошибочным, остановимся на нем подробнее, поскольку от этого зависит многое и поныне, в понимании экономической науки, хозяйственной практики и политики. По нашему мнению, Петти не был основателем трудовой теории стоимости, ибо эта теория в своем реальном состоянии возникает только в 19 в, а не в 17 в., на материальной основе промышленного производства и соответственно двойственной природы труда, открытого К. Марксом. Конечно возникновение той развитой системы, которая породила абстракции конкретного и абстрактного труда, не произошло сразу, а было подготовлено длительным периодом развития и разделения труда породившим необходимые условия для этого. Для того чтобы результаты труда в бесчисленных актах обмена, могли быть сравнимыми и сопоставимыми по своим количественным и качественным характеристикам, должен быть достигнут уровень возникновения простого труда. Такое стало возможным лишь в эпоху развитого промышленного производства, основанного на крупной машинной индустрии. Тогда внутри, в цехах каждого капиталистического предприятия, труд оказывается настолько разделенным на многие виды и подвиды, что он сводится к простейшим операциям простого труда, который может выполнять даже ребенок. Вспомним как негодовал К. Маркс в 1 томе «Капитала» по поводу массового использования детского труда в Англии. Таким образом, производственной предпосылкой возникновения стоимости становится простой труд, и поэтому только всеобщее приравнивание в общественных масштабах результатов простого труда создает стоимость, выражающуюся в категории абстрактного труда, еще не возникшего не только в 17 веке, но и в 18 веке, ни у А. Смита, ни даже у Д. Рикардо. Поэтому, хотя Петти и был великим экономистом, но создать теорию стоимости он тогда еще не мог, в силу неразвитости того уровня разделения труда внутри предприятия. Но главное, что понял тогда Петти — необходимость обратить внимание на производство, составляющее нерушимое единство труда и природы. Во Франции развитие меркантилизма и необходимость привлечения в страну больше денег приводит к пониманию того, что для этого нужна более гибкая и продуманная политика, не ограниченная лишь регулированием торговых операций, но и направленная на производство таких товаров, которые будут экспортированы и привлекут в страну больше денег, т.е. вывоз товаров должен превышать их ввоз. Отсюда политика активного товарного баланса и покровительство развитию промышленного производства. В Англии такие идеи развивал Томас Ман (1571-1641) — один из руководителей Ост-Индской торговой компании. Его первая работа под длинным названием «Рассуждение о торговле Англии с Ост-Индией, содержащие ответ на возражения, которые обычно делаются против нее» вышла в 1621 г. В ней он отвергает критику примитивных меркантилистов, обвинявших компанию в вывозе серебра. В результате возникает политика зрелого меркантилизма которая выразилась в стремлении государства вовлекать в производство больше населения при ограничении оплаты их труда, в запрете вывоза сырьевых товаров и поощрении вывоза готовых изделий, поскольку они обладают большей ценой. В частности в Англии запрещался вывоз шерсти, но поощрялся вывоз продукции из нее Однако развитие промышленности становилось все более несовместимым с господством государственной и феодальной собственности, с монополистическими привилегиями в области торговли, с запретами, ограничениями и феодальными поборами, осуществляемые чиновничьим аппаратом. Все более необходимым становилось развитие экономической свободы, свободы предпринимательства и свободы человека от рабской прикрепленности к земле и к месту проживания. Все что дает возможность продажи рабочей силы человека, ее превращения в товар. Провозглашается идея свободы, как естественного права человека, выдвинутая представителями философской мысли, исходящей из самой природы человека, из его естественных прав, ставшими знаменем буржуазных революций — «свобода, равенство и братство». Вопреки укоренившимся представлениям классической школы о меркантилизме, как глубоко ошибочной системе взглядов, некоем роде предрассудка, следует признать, что он вполне отражал интересы буржуазии эпохи господства торгового капитала и в современном мире дает пищу для размышлений, особенно когда речь идет о странах с экономикой, разрушенной многолетним господством тоталитарного режима и его наследниками. Прежде всего, меркантилизм поднял серьезную проблему взаимоотношений государства и экономики, вопросы экономической политики, требуя от властей активного воздействия на хозяйственную жизнь страны. Именно это и привлекало в нем Джона Кейнса. Другое дело, каким должно быть это воздействие, на что должно быть направлено. В известном смысле меркантилизм подготовил почву для развития капитализма и, соответственно возникновения классической школы, в том числе и на основе критики меркантилизма. В нашей стране и других близких по своему уровню и историческим судьбам странах, отброшенных на столетия назад, проблема государственного влияния на экономику должна сводиться не к возврату плановой системы, носившей фиктивный характер. Необходимо удаление всех феодальных государственных преград, мешающих осуществлению свободных рыночных связей, создание благоприятных условий для инвестиций в важнейшие сферы национальной экономики методами косвенного воздействия через кредитную и финансовую системы. Советские и постсоветские методы управления привели к разрушению производства в мирных отраслях, и прежде всего в таких базовых сферах, как сельское хозяйство, пищевая и легкая промышленность, машиностроение для них, а также во всей рыночной инфраструктуры — основе современной экономики. В результате наше общество все более приобретает черты докапиталистических отношений феодальной эпохи, соседствующих с мелкотоварным крестьянским производством и господством товарно-ростовщического капитала. Государственное вмешательство будет эффективным лишь при глубоком понимании экономической природы унаследованного нами общества, необходимом для верного выбора методов, способствующих развитию свободных рыночных связей. Развитие свободного предпринимательства невозможно без создания необходимых для этого хозяйственно-организационных форм: специализированных банков, бирж, брокерских фирм, институциональных инвесторов, финансовых фондов, предпринимательских организаций, торговых посредников и т.п. с соответствующим законодательством. Всего того, что называется инфраструктурой рынка. Процесс этот необходимо начинать с создания настоящих цивилизованных товарных бирж и разветвленной банковской системы во главе с наделенным властью центральным банком, управляющим всей этой системой, используя многовековой опыт. Только после этого можно начинать создание фондовой биржи, которая отражает более высокий уровень экономической зрелости и, соответственно, новую ступень в развитии рыночной инфраструктуры, товарная биржа, опирающаяся на реально существующие ценности — необходимый этап в создании вторичного рынка ценных бумаг — фондовой биржи. Она является прямым продолжением товарной, а техника ее операций вытекает из чисто спекулятивных сделок товарной биржи, называемых фьючерсными контрактами, ни имеют подавляющий удельный вес и достигают, по некоторым данным, свыше 90% во всей сумме сделок. Объективное значение фьючерсных контрактов состоит в формировании реально функционирующих рыночных цен. Они являются необходимым звеном в длинной цепи ценообразующих факторов — от первоначальных их истоков до оптовых цен на сырьевые, энергетические и продовольственные товары. Организованная спекуляция, таким образом, вопреки советским представлениям, — важнейший фактор стабилизации цен и экономики в целом. Фондовая биржа — главное условие существования и развития рынка ценных бумаг. Только здесь может быть выявлена их истинная ценность. Как независимая от покупателей и продавцов организация, принадлежащая ее членам и функционирующая по определенным законам, она обеспечивает интересы инвесторов. Здесь предоставляется широкий диапазон выбора вложенных средств и сочетания риска, с возможностью получения высокого дохода при покупке обыкновенных акций — до максимальных гарантий безопасности от вложений в государственные облигации. При этом предоставляется необходимая информация о деятельности инвестируемой фирмы, источниках ее дохода и правила игры на фондовой бирже. Конечно, не следует идеализировать фондовую биржу, высокоразвитого мира, в условиях стихийно складывающихся противоречивых конъюнктурных тенденций, определяющих движение курса ценных бумаг, которые трудно прогнозировать. Но их опасные последствия грозят неприятностями в основном тем, кто подвержен азарту спекулятивных операций. Для рядов инвестора, доверившегося солидной брокерской фирме, эти опасности сведены к минимуму. Кроме того, следует иметь в виду, что на солидную фондовую биржу, такую, например, как Нью Йоркская, допускаются только наиболее прочные в финансовом отношении, ведущие фирмы мира. Там котируются акции всего нескольких тысяч корпораций, хотя только в США их 4,5 млн. Кроме того, любая ведущая фирма, будь она производственная или чисто холдинговая, занимающаяся размещением средств своих инвесторов через многочисленную систему участий, опирается, в конечном счете, на мощь всего мирового финансового капитала. Фондовая биржа — вторичный рынок ценных бумаг, которому предшествует и сопутствует более обширный – первичный. Появление и распространение этих бумаг на рынке должен опираться на прочную основу. Для этого, в частности, существует такой важный институт, как инвестиционный банк — гарант реального обеспечения их надежности. Это создает возможность для попадания части ценных бумаг на высшую ступень — на фондовую биржу. Но и этого еще недостаточно. Для того, чтобы котироваться на солидной фондовой бирже, каждая выпустившая акции корпорация должна пройти сложную процедуру проверки на финансовую надежность, под названием листинг. Помимо создания необходимой рыночной инфраструктуры, важнейшим направлением политики руководства Украины и России должно быть развитие внешнеэкономической деятельности, причем определенной направленности, с учетом сложившейся криминальной и политической ситуации. Парадоксальность нашей действительности заключается в том, что находясь по меркам Западной Европы на рубеже 18-19 веков, мы обязаны приспосабливаться к экономике современных высокоразвитых стран, ибо там производится основная масса товаров и услуг, и поэтому формируются условия производства и соответственно система ценообразования, оказывающая непосредственное влияние на нашу экономику. В таких условиях основным направлением нашей внешнеэкономической деятельности должно быть создание благоприятных условий для привлечения иностранного капитала, но в определенной форме, а именно производительной, т.е. создание филиалов наиболее известных международных корпораций, а не импорт денежного или торгового капитала, даже в виде основного капитала. Ведь денежный капитал легче всего похитить или использовать не по назначению, а машины, станки и оборудование, в наших условиях, не могут быть использованы достаточно эффективно из-за слабой общей технологической базы, не налаженной товаропроизводящей системы и, опять таки, отсутствия необходимой инфраструктурной среды, в том числе развитой банковской, товарной и фондовой биржевой деятельности. Тогда как, опираясь на финансовую мощь и производственный опыт, филиалы иностранных корпораций, становясь национальными в наших странах, образуют островки высокоразвитого производства, помогающие перестройке и прогрессу неразвитых экономических систем. Создание благоприятного инвестиционного климата, для иностранного капитала и всех необходимых условий для привлечения собственного, непрерывно, во всевозрастающих масштабах покидающего страну — важнейшая проблема нашей экономической политики, требующая незамедлительного решения. Развитие свободного рынка и рыночной инфраструктуры в целом невозможно без существенного изменения собственности, выраженной во всей системе законодательства и соответствующей экономической политике, изменения, отнюдь не сводящегося к так называемой «приватизации». В цивилизованной, эволюционно развивающейся системе, право собственности изменяется вслед за изменением экономических отношений, которым оно должно соответствовать. Эволюция экономических отношений формирует новое общество, все менее напоминающее капитализм XIX века. От функционирующего капитала, которым распоряжаются менеджеры, отделяются собственники в форме корпоративных акционерных обществ, которые представляют собой скорее уже не частных, а коллективных собственников. Наша же страна имеет многоукладную, скорее даже мозаичную экономическую структуру, где хозяйственные объекты разобщены господствующим чиновничьим аппаратом, заменившим рыночную инфраструктуру, где еще остались натуральные и мелкотоварные хозяйства и такие как ВПК, а также развитые сферы: энергетика, транспорт, связь, которые по своей общественной природе вырываются за пределы товарных отношений, но вовсе не являются «естественной монополией», как теперь почему принято считать. Правда, монополия здесь действительно шествует, но не экономическая, как в высокоразвитых странах, а государственная, точнее, феодально-государственная, и потому требует коренной реорганизации с соответствующей формой акционерной собственности и своей системой управления для максимально возможного, в соответствии с ее природой, охвата национального и мирового рынка. Каждый объект хозяйствования должен иметь такую правовую форму, которая соответствует его экономической природе. Поэтому само понятие «приватизация» явно бессмысленно и дает четкого ориентира для своего правового оформления. Что же касается сути осуществляемого процесса «приватизации», то он — обратный большевистскому действу по превращению частной собственности в «общественную» (государственную или большевизм наоборот. А именно — переход в личную собственность номенклатуры и приближенных к ней того, чем раньше они распоряжались и что присваивали, не будучи формальными собственниками. Отсюда и борьба с той частью номенклатуры, которой собственность не досталась. Поэтому оптимальный путь — это не «приватизация», а государствление. В отношении же крупных предприятий оно ложно сопровождаться определенным разделением функций такой системой получения дохода, которая противоречит широко укоренившемуся «совковому» представлению о том, что предприятия у нас должны принадлежать их работникам. Такая позиция отражается и на политике, проводимой властными структурами, слабо разбирающимися в состоянии национальной экономики, уровне ее развития, путающими юридические понятия с экономическими, собственность с присвоением. А ведь многолетний большевистский эксперимент должен был бы помочь ясному осознанию, особенно на личном опыте, что можно присваивать значительные материальные ценности, вовсе не будучи собственником. Или, наоборот, лишить собственника всякой надежды на присвоение результатов своего труда, если обложить его непомерными налогами и на каждом шагу препятствовать его деятельности, окружив барьерами запретов, взяток и пошлин. Кроме того, в наших условиях присвоение контрольного пакета акций той же номенклатурой в лице директора, полностью распоряжающегося судьбой своих подданных, ставит их в положение, близкое пролетариату начального периода мучительного рождения капитала на развалинах феодального строя. Более того, предприятие, принадлежащее коллективу его работников в лице руководства, может функционировать и без прибыли, превращая созданное богатство в зарплату, точнее, в личный доход корыстолюбивого начальства. Все это противоречит и принципам работы рынка ценных бумаг, так как руководителям предприятия, разрабатывающим планы его функционирования и знающим его финансовое состояние, естественно, легче заранее предвидеть результаты его деятельности в будущем и, таким образом, обладать явным преимуществом при игре на фондовой бирже. Таким же, как у руководства ипподрома, связанного с жокеями, при игре в тотализатор на скачках. Следовательно, важнейшим условием разгосударствления и оптимальной работы крупных фирм является отделение капитала собственности от капитала функции, то есть установление такого порядка, к которому пришел капитализм в процессе своего длительного исторического развития лишь ко второй половине XIX века. В таком случае акционерный капитал не может принадлежать ни тем, кто осуществляет руководство производственным процессом, ни избранному собранием акционерному совету директоров фирмы, не вмешивающемуся в производство, но осуществляющему контроль за его финансовым положением для обеспечения акционеров-собственников максимально возможными дивидендами. Лишь так возможно добиваться эффективной деятельности корпорации в интересах акционеров. Если принадлежность хозяйственного объекта определенной группе лиц с использованием наемного труда адекватна понятию частная (приватная) собственность соответствующей системой прав, то акционерная корпоративная собственность с ее системой управления уже представляет иное состояние. Она скорее коллективная собственность, чем частная. В таких условиях руководитель фирмы, менеджеры, совет директоров, как и все другие сотрудники, становятся наемными работниками, получающими доход в зависимости от ( знаний и трудового вклада, что не исключает владения акциями рядовых работников предприятия. Все эти условия будут соответствовать равенству при игре на фондовой бирже и ее превращению в важнейший компонент рыночной инфраструктуры, чутко реагирующий на колебания конъюнктуры и спрос определить выбор оптимального направления инвестиционной деятельности. Но только тогда, когда уже функционирует высокоорганизованная товарная биржа, осуществляющая все необходимые виды деятельности, где работают «быки» и «медведи», т.е. осуществляется организационная спекуляция, способствующая стабилизации цен и экономики в целом.

Tags Categories: Глава II Posted By: kosta
Last Edit: 20 Янв 2009 @ 09 09 ПП

E-mailPermalink
 

Responses to this post » (None)

 


Comments are open. Feel free to leave a comment below.


 

Leave A Comment ...

 


You must be logged in to post a comment.


 XHTML:
You can use these tags: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>
\/ More Options ...
Change Theme...
  • Users » 505
  • Posts/Pages » 18
  • Comments » 84
Change Theme...
  • VoidVoid
  • LifeLife « Default
  • EarthEarth
  • WindWind
  • WaterWater
  • FireFire
  • LiteLight
  • No Child Pages.